|
Нужно бежать отсюда, и немедленно! Пока Саймона Клисса москва москва обвинить в убийстве Хемезана. Проглотив три таблетки метарина, Саймон связался с автоматом-диспетчером и спросил насчет ближайших рейсов. Ответ заставил его уронить лицо в ладони и скорчиться на койке: очередной пассажирский космолайнер прибывает на станцию только через пять суток. Да за пять суток проклятые силарские твари все разнюхают — и ему конец. Им не объяснишь, подумал Саймон, им не объяснишь… Во-первых, Хемезан все равно никому не нужен, он ведь был старый. Во-вторых, на самом деле убили его пьяные подонки, а вовсе не Саймон Клисс. Саймон его даже пальцем не тронул. Он ни в чем не виноват, но им не объяснишь. Его растерзают просто за то, что он эксцессер. Вдруг в душе у Саймона забрезжила надежда. Он опять связался с диспетчером и спросил, есть ли на сегодня местные рейсы, в пределах системы Раксы? Через два часа — рейс на Рошеген, через три с половиной — на Сот. Воспрянув духом, Саймон заказал билет до Рошегена. Прилетит на Рошеген, радикально изменит внешность, а спустя несколько дней вернется на пересадочную станцию — уже не как Родгев Раос, кинокритик с Ниара, а как Иоган Маховски, торговый агент с Земли.
Подумав, он еще раз вызвал база телефона адреса москва и уточнил, что ему нужно место класса люкс. Он не хотел лететь в одном салоне с небогатыми искателями удачи: среди них наверняка окажутся бандиты вроде вчерашних, и его могут убить, как Хемезана. Чуть погодя из щели под экранчиком связи выпал билет — пластиковая карточка с мерцающими цифрами и сложными желийскими значками. Саймон заказал завтрак, без аппетита поел. Лишь бы его не накрыли раньше, чем он покинет станцию… Сжимая билет в потной руке, он сидел на койке и ждал, про себя отсчитывая минуты. Наконец, диспетчер сообщил, что посадка на планетолет до Рошегена начнется через четверть часа. Дверь номера открылась — Саймон вздрогнул, но это был всего лишь робот, который телефонов за его багажом. Никаких силарцев в коридоре не видно. Салон был облицован пластиковыми панелями под дерево; черный потолок глянцево поблескивал, звездообразные участки на нем сияли, заливая помещение искусственным дневным светом. Тину позабавил такой старомодный дизайн. Вместе с Риганом она устроилась в углу, где стояли мягкие черные диванчики и круглый столик из розанита — минерала, который добывали на Рошегене. Его называли так из-за нежно-розового цвета и разводов, напоминающих очертания лепестков. Впрочем, официальным считалось другое название, которое дали камню желийцы, телефоны системы Раксы: мемоллс — “нежнопламенный”. Тина знала, что сейчас на Рошегене мемоллса, или розанита, база не осталось. Хорошо бы найти кусочек — для Ли перед отлетом с Неза она навестила девочку в больнице, и та просила привезти ей, если получится, “что-нибудь интересное” . Потрогав гладко отполированную столешницу, Тина оглядела салон.
|
Мобильный поиск местоположения
